Контакты
Подписка
МЕНЮ
Контакты
Подписка

Порог риска и мера ответственности

В рубрику "Охранная и охранно-пожарная сигнализация, периметральные системы" | К списку рубрик  |  К списку авторов  |  К списку публикаций

Порог риска и мера ответственности

Концерн Shell с максимальной ответственностью подходит к вопросу безопасности на производстве, при транспортировке продукции и на АЗС. Антитеррористическая защита, промышленная безопасность, охрана труда и окружающей среды - приоритетные вопросы концерна в мире и в России. Shell методически подходит к установке режима безопасности, учитывая местное законодательство, международные требования и конкретные локальные риски; разрабатывает и поддерживает планы обеспечения непрерывности бизнеса в соответствии с самыми современными промышленными стандартами. Стив Лидстоун, директор по безопасности компании Shell в России, рассуждает об актуальных рисках, успешных практиках и передовых технологиях безопасности в нефтегазе
Стив Лидстоун
Директор по безопасности компании Shell в России

- Давайте поговорим о целях и задачах безопасности нефтегазовой отрасли в современных условиях. Как они менялись с течением времени? Какую роль играют департаменты безопасности в достижении коммерческого успеха предприятий ТЭК?
- На мой взгляд, основные цели и задачи безопасности в нефтегазовой индустрии мало менялись на протяжении многих лет. В принципе, они заключаются в уменьшении вреда, который могут причинить компании действия преступников и прочих нарушителей. Безопасность динамична и должна соответствовать существующим угрозам. Нам следует очень чутко реагировать на развитие угроз и быть готовыми быстро адаптироваться. Это означает как усиление мер, так и, напротив, их уменьшение. В компании Shell действует план обеспечения непрерывности бизнеса (Business Continuity Plan) на случай форсмажоров. Таким планом предусмотрены мероприятия, направленные на немедленное восстановление работоспособности систем, имеющих принципиальное значение для функционирования организации. Исходя из общения с коллегами по безопасности, вижу, что в России подобная практика пока не сильно распространена. Тем не менее тенденция положительная, и планы обеспечения непрерывности бизнеса все чаще начинают появляться на российских предприятиях.

- В полной ли мере отвечает современный уровень развития российского законодательства в области безопасности нефтегазовой отрасли вашим насущным задачам? Существуют ли какие-либо проблемы на стороне технического регулирования?
- Обычно компании самостоятельно устанавливают свой порог риска, выше которого необходимо принимать меры. Если меры не принимаются, а риск осуществляется, то организация терпит убытки. Однако в числе потенциальных угроз имеются и такие, которые выходят за рамки корпоративных рисков. Например, банк должен обеспечивать сохранность личных данных клиентов, чтобы они не попали в чужие руки. И государство регулирует подобные случаи. Вопросы обеспечения безопасности на объектах нефтегазодобывающей и нефтегазоперерабатывающей отрасли также не являются чисто корпоративными. Организационно-технические, а также правовые аспекты безопасности критически важной энергетической инфраструктуры регулируются Федеральным законом № 256-ФЗ "О безопасности объектов топливно-энергетического комплекса", который устанавливает обязательные требования к обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов ТЭК. Закон определяет для них минимальные меры безопасности, однако, по моему опыту, все основные предприятия нашей отрасли предпринимают намного более серьезные меры, чем предусмотрены законодательством. В компании Shell при установке режима безопасности мы начинаем с требований законодательства того государства, где находятся наши объекты, далее учитываем международные требования, а затем оцениваем риски, характерные для данной конкретной страны, и принимаем во внимание лучшие практики нашей и других компаний.

– Какие общие риски безопасности для объектов нефтегаза в России вы можете обозначить?
– Для разных регионов России характерны свои риски, но есть и общие. В нефтегазе, как и почти в любом бизнесе в России и мире, наиболее распространенными являются кражи, от мелких хищений имущества до крупных финансовых махинаций. Очень важно понимать не только прямые потери от того или иного нарушения, но и более долгие и глобальные последствия. Например, наибольший риск незаконных врезок заключается не в потере нефти – в результате врезки может лопнуть труба, и тогда утечка нефти приведет к экологической катастрофе. А это в свою очередь повлияет на репутацию компании по всему миру, и не исключено, что станет причиной запрета на ее бизнес в тех или иных регионах.

– Как менялись риски и угрозы безопасности в нефтегазовой отрасли за последние годы? Каковы причины изменений?
– Риски безопасности в нефтегазе часто являются отражением политической ситуации и событий в стране и за рубежом. С улучшением контроля на территории Северного Кавказа снизилась и террористическая угроза в данном регионе и за его пределами. Хотя и не исчезла совсем.

В нефтегазовой индустрии началась эпоха интенсивного интереса к освоению ресурсов Арктики, что привлекло внимание экологических групп. Действия активистов в России, возможно, не слишком выраженные, но их акции в мире могут негативно влиять на бизнес компании независимо от страны. И нам следует это учитывать.


Ситуация на Украине также является фактором риска для нефтяных предприятий. Не секрет, что украинская компания концерна Shell была готова начать разведку месторождений в Донецкой области в мае 2014 г., но мы должны прежде всего убедиться в полной безопасности наших сотрудников.

– Shell считается одной из самых инновационных энергетических компаний в мире. Давайте поговорим о вашем отношении к передовым технологиям безопасности. Какие ключевые технологии видеонаблюдения являются особенно полезными для нефтегазовой отрасли? Какие требования к ним предъявляются?
– Действительно, наша компания выделяет много ресурсов на развитие инноваций в нефтегазовой индустрии, чтобы повысить эффективность производственных процессов. Соответственно, нас интересуют и передовые системы видеонаблюдения, которые можно применять не только в охранных целях, но и для решения задач промышленной безопасности. Так, видеокамеры используются для дистационного мониторинга ситуации в опасных зонах без создания дополнительного риска жизни людей. В настоящее время мы исследуем возможности применения видеокамер на беспилотных системах по двум направлениям. Во-первых, такие системы могут позволить осматривать нефтяную платформу или вышку с разных сторон и под разными углами без участия человека. Во-вторых, осуществлять контроль трубопровода на предмет утечек нефти и в целях предупреждения незаконных врезок.

В любом случае никогда не стоит забывать, что видеонаблюдение лишь помогает охранять объект. Применение видеокамер дает возможность сократить численность сотрудников охраны, но не может полностью их заменить. Без реагирования на события видеокамеры могут быть эффективными только для расследования противозаконных действий или нарушений. А если преступники осведомлены о том, что реагирования не будет, камеры превращаются в украшение интерьера. Требования к качеству изображения, архивам и аналитике сильно зависят от решаемых задач. Например, если необходимо просто обнаруживать проникновение людей на территорию, где их не должно быть, а также определять направление их движения, то высоких требований к детализации картинки не предъявляется. Напротив, камеры, контролирующие ценный объект, скажем, сейф, должны передавать видео высокого разрешения, чтобы можно было подробно рассмотреть, что человек держит в руках. Видеоаналитика является хорошим подспорьем службы безопасности, но нужен баланс между технологиями и человеком. Возможно, покажусь старомодным, но я сильно сомневаюсь в эффективности какого-либо одного подхода. Не существует и системы, которая одна могла бы оградить трубопровод от врезок или нападений. Технические решения отлично работают лишь на выставках или в теории. На практике нужен комплекс разных систем и группа реагирования на сигналы. Перекрывать целый трубопровод видеокамерами нецелесообразно, но на площадках повышенного риска, где размещены крановые узлы, они оправданы.

– Как отличаются требования к системам пожарной сигнализации в нефтегазе от требований других отраслей?
– Компания Shell уделяет особое внимание промышленной безопасности, в том числе противопожарной защите. Наш лозунг – "Безопасность прежде всего". В целом требования в области пожарной безопасности на объектах ТЭК пересекаются с другими индустриями, но есть и пара нюансов. Во-первых, объекты, связанные с переработкой нефти, перевозкой или хранением топлива, могут быть пожароопасными или взрывоопасными. Все технические решения должны быть защищены, обеспечивая раннее оповещение и продолжая работать как можно дольше. На рынке доступны системы повышенной защиты трубопровода – специальные рукава от взрывов, – но их следует применять лишь в местах повышенного риска в силу дороговизны.

Во-вторых, уязвимость некоторых объектов вызвана их территориальной удаленностью. Что может быть страшнее пожара на офшорной платформе, с которой некуда бежать. Системы и процедуры должны быть настолько развиты, чтобы последствия инцидентов были минимальными.

– Какие технологии СКУД особенно полезны для применения на объектах энергетики? Привлекательны ли технологии биометрии?
– Не вижу, чтобы требования к СКУД в нефтегазе отличались от требований в других индустриях. На крупных объектах злоумышленникам легче преодолеть забор, чем охраняемый КПП, а сигнализация должна нас об этом предупредить. Аналогично и внутри объекта: технические средства СКУД можно обойти, поэтому опять возвращаюсь к балансу между системами и людьми.

Тем не менее СКУД – неотъемлемый компонент любой системы безопасности. Эти системы действительно позволяют сократить расходы на физическую охрану, так что один сотрудник может контролировать несколько дверей. К тому же, в удаленных безлюдных местах, таких как крановые узлы на трубопроводе, СКУД используются для ограничения доступа на площадку. В местах особенно ограниченного доступа мы иногда используем биометрию. Преимущество биометрических систем в том, что они исключают возможность передачи личной карты другому человеку. Думаю, в будущем мы будем использовать биометрию намного больше. Пока же я доволен системой доступа по картам: хорошее соотношение верного и ложного предоставления доступа и отказа в доступе, высокая проходимость людей.

В СКУД имеется важный элемент, не связанный с охраной. При наличии системы контроля за повторным входом можно распечатать список всех людей, находящихся на объекте в данное время. В случае эвакуации после несчастного случая подобный список может реально помочь спасти жизни: если известно, что в момент аварии человек был на объекте, следует направить силы на его поиск.

Опубликовано: Каталог "Системы безопасности"-2015
Посещений: 5051

  Автор

Стив Лидстоун

Стив Лидстоун

Директор по безопасности компании Shell в России

Всего статей:  2

В рубрику "Охранная и охранно-пожарная сигнализация, периметральные системы" | К списку рубрик  |  К списку авторов  |  К списку публикаций